Нотариус vs суды

Верховным Судом 10.11.2015 подготовлено разъяснение о порядке применения Указа Президента Республики Беларусь от 11.08.2011 № 366 «О некоторых вопросах нотариальной деятельности». Отдельные положения этого разъяснения вызывают ряд вопросов. В качестве «документа, подтверждающего письменное признание должником, могут оцениваться долговая расписка или направленная должнику претензия, полученная и оставленная им без ответа». Представляем вашему вниманию первые комментарии специалистов. К сожалению, представители нотариального корпуса, к которым журнал «Юрист» обратился за разъяснениями, отказались давать какие-либо комментарии, т.к. нет единого подхода к решению данных вопросов.

Обновлено
Редакция портала "Юрист"
Редакция портала "Юрист"
2147 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Тимур Сысуев, партнер aдвокатского бюро «Сысуев, Бондарь, Храпуцкий СБХ»:

— Полагаю, что в конечном итоге Верховному Суду и Министерству юстиции совместно с Белорусской нотариальной палатой придется вырабатывать единый подход к данному вопросу.

Очевидно, что Верховный Суд своим разъяснением пытается исправить недостатки Указа № 366, имея ту же основную цель — уменьшить количество обращений в суд.

Нотариальная процедура отличается от судебной. Она характеризуется большим формализмом и опорой на письменные доказательства. К основаниям для совершения исполнительных надписей в нотариальной практике всегда подходили буквально и формально. Если в акте законодательства отражено, что должно быть «письменное признание», значит должен быть документ. Раз нет письменного документа, значит нет и нотариального действия. Отсутствие ответа на претензию не может расцениваться как письменное признание долга. В ХПК в качестве основания для возбуждения приказного производства указано не только «признание», но и «неоспаривание» долга, что дает возможность рассматривать в приказном производстве требования при отсутствии ответа на претензию. Опасаюсь, что слишком широкое толкование Верховным Судом понятия «письменное признание» может создать существенные трудности для нотариусов и войти в конфликт с нотариальной практикой.

К тому же если допустить, что нотариусы начнут применять на практике данное разъяснение, то со стороны кредиторов возможны злоупотребления, когда реальные ответы на претензию кредиторы будут скрывать, ссылаясь на отсутствие ответа. В итоге должник будет поставлен перед фактом наличия исполнительного документа, несмотря на то что он не согласен с долгом, и вынужден будет требовать признания его не подлежащим исполнению в суде с уплатой госпошлины как за имущественное требование.

Ольга Николаева, партнер адвокатского бюро «ВМП Власова, Михель и партнеры»:

— На мой взгляд, сам факт появления разъяснений Верховного Суда, в том числе в отношении перечня случаев, в которых нотариусы могут совершать исполнительную надпись, — позитивная тенденция.

Как показывает практика, в первые месяцы позиции нотариусов относительно данного перечня существенно отличались. Полагаю, многие вопросы, по которым имели место разночтения, должны быть теперь сняты. Как повлияет на позицию нотариусов разъяснение, покажет время. В случае, если подходы о неустойке, процентах по ст. 366 и квалификации «неответа» на претензию будут закреплены на уровне нормативного акта, определенности однозначно станет гораздо больше. Уже сегодня будут полезны положения разъяснения о разграничении процедур обжалования действий нотариуса и признания не подлежащими исполнению исполнительных надписей. Эти положения позволят взыскателям более быстро и эффективно защищаться от злоупотребления правами со стороны должников, затягивающих процедуры исполнения надписей путем подачи жалоб на действия нотариусов, нотариусам — меньше времени уделять судебным спорам по жалобам на их действия, а должников должны мотивировать выбирать правильный способ защиты своих прав в случае, когда права действительно нарушены.

Владимир Скобелев, арбитр МАС при БелТПП, доцент БГУ:

— Предполагаю, что некоторые нотариусы могут воспринять разъяснение Верховного Суда Республики Беларусь как руководство к действию и начнут совершать соответствующие исполнительные надписи. При этом будет проигнорирован тот факт, что подобная практика поставит должников в крайне неблагоприятное положение: ведь должники не извещаются о совершении исполнительной надписи и потому не имеют возможности доказать нотариусу, что непредставление ответа на претензию никак не связано с признанием ими долга, и, следовательно, основания для совершения исполнительной надписи отсутствуют.

В то же время не исключаю, что найдутся и те нотариусы, которые, учитывая указанные неблагоприятные последствия, будут отказывать в совершении исполнительной надписи по оставленной должником без ответа претензии. Тем более что вопрос обязательности для нотариусов разъяснений Верховного Суда Республики Беларусь остается открытым.

2147 Shape 1 copy 6Created with Avocode.