Вы на портале

Последствия прекращения обязательств по договору лизинга обязательством реализации предмета лизинга

Ситуация: Сторонами было заключено соглашение об урегулировании правоотношений в связи с прекращением действия договора финансового лизинга. Стороны договорились заменить обязательство лизингополучателя по уплате суммы задолженности по лизинговым платежам, штрафные санкции на обязательство по обеспечению лизингополучателем реализации предмета лизинга. Реализация предмета договора лизинга не произошла. Лизингодатель обратился в суд с иском о взыскании суммы основного долга по оплате лизинговых платежей, пени и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Обновлено
Балябина Ирина
Балябина Ирина

Ведущий юрисконсульт ОАО «Гомельтранснефть Дружба»

4980 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Выводы из решения суда: Стороны по договору финансового лизинга подписали соглашение, которое фактически являлось договором новации, и заменили обязательства по первоначальному договору новыми обязательствами.


Обстоятельства дела

Между ООО «А» (лизингодатель) и ЧУП «Б» (лизингополучатель) был заключен договор финансового лизинга. В связи с тем, что ЧУП «Б» неоднократно нарушало сроки внесения лизинговых платежей, ООО «А» реализовало свое право на односторонний отказ от исполнения договора лизинга. На момент одностороннего отказа у ЧУП «Б» образовалась задолженность по уплате лизинговых платежей в размере 1,7 млрд неденоминированных белорусских рублей.

В последующем между сторонами было заключено соглашение об урегулировании правоотношений в связи с прекращением действия договора финансового лизинга (далее — соглашение). Стороны договорились заменить обязательство лизингополучателя по уплате суммы задолженности по лизинговым платежам, штрафные санкции на обязательство по обеспечению лизингополучателем реализации предмета лизинга.

Одновременно с соглашением между сторонами был заключен договор, поименованный как договор поручения, в соответствии с которым ЧУП «Б» обязалось подыскать для ООО «А» контрагента для заключения сделки по реализации предмета лизинга по цене и на условиях, письменно согласованных с ООО «А». Стороны договорились, что обязательства ЧУП «Б» по указанному договору будут считаться выполненными полностью в момент поступления в полном объеме денежных средств за реализованный предмет лизинга на расчетный счет ООО «А».

ЧУП «Б» нашло потенциального покупателя предмета лизинга — КУП «В» — и сообщило о его наличии ООО «А». Последнее направило свое коммерческое предложение о продаже предмета лизинга КУП «В». В свою очередь КУП «В», будучи государственным предприятием, объявило о проведении открытого конкурса по приобретению оборудования, аналогичного предмету лизинга. ООО «А» свое предложение на конкурс не представило. Конкурс был признан несостоявшимся ввиду того, что не поступило ни одного конкурсного предложения.

Кроме того, в период проведения открытого конкурса арендодатель УО «Г», в помещении которого находился предмет лизинга, объявил о его удержании в соответствии со ст. 340 ГК в связи с наличием у ЧУП «Б» задолженности перед ним по уплате арендной платы за пользование помещением. Одновременно УО «Г» запретило доступ в помещение, где находился предмет лизинга, и его выдачу сотрудникам ООО «А» и ЧУП «Б».

ООО «А» обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании суммы основного долга по оплате лизинговых платежей, пени и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Позиция истца

В соответствии с условиями договора лизинга при досрочном расторжении договора лизингополучатель обязан уплатить лизингодателю сумму закрытия сделки, которая включает в себя:

— лизинговые платежи за весь период с момента заключения договора лизинга до момента возврата предмета лизинга лизингодателю;

— неустойку в случае ее предъявления лизингодателем к лизингополучателю;

— сумму убытков лизингодателя в случае, если доходы, полученные от реализации предмета лизинга, не покроют расходы лизингодателя, связанные с заключением и исполнением договора лизинга, включая сумму заемных средств и проценты по заемным средствам, использованным для финансирования лизинга, если иное не будет установлено дополнительным соглашением сторон.

Поскольку до момента одностороннего отказа ООО «А» от исполнения договора финансового лизинга у ЧУП «Б» образовалась задолженность по уплате лизинговых платежей, ООО «А» претендовало на взыскание суммы основного долга по уплате лизинговых платежей, пени и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Позиция ответчика

ЧУП «Б» исковые требования не признало ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 378 ГК обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК и иными актами законодательства или договором.

Подписав соглашение об урегулировании правоотношений сторон в связи с прекращением действия договора финансового лизинга, то есть договор новации, стороны прекратили обязательство по договору лизинга, заменив его обязательством по реализации предмета лизинга. Ответчик добросовестно исполнил поручение ООО «А»: нашел потенциального покупателя предмета лизинга и сообщил о его наличии истцу. Однако истец отказался заявлять свое предложение на торгах. Тем самым он отказался от приемки работ по договору поручения, а впоследствии и от его исполнения в целом, что фактически свидетельствует об отмене поручения доверителем и прекращает действие договора.

Выводы суда первой инстанции

Суд установил, что ЧУП «Б» добросовестно исполняло поручение истца ООО «А» по поиску покупателя и хранению предмета лизинга, а также осуществляло его демонстрацию. ЧУП «Б» нашло потенциального покупателя предмета лизинга — КУП «В» — и сообщило о его наличии доверителю. Поскольку ООО «А» не заявило свое предложение на торгах, проводимых КУП «В», то фактически оно отказалось от приемки работ по договору поручения, что свидетельствует об отмене поручения доверителем и прекращает действие договора.

Делая подобный вывод, суд учитывал как показания сторон по делу, так и показания представителя истца, который не оспаривал обстоятельства фактической отмены поручения по причине нарастания убытков истца.

Условие соглашения (договора новации) о прекращении договоренностей сторон по поручению о продаже предмета лизинга после поступления денежной суммы за него на расчетный счет ООО «А» суд в силу п. 2 ст. 867 ГК признал ничтожным.

При этом суд не согласился с толкованием данного условия соглашения представителем истца, как не основанным на п. 1 ст. 384 ГК, в соответствии с которым обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, а не действиями сторон по договору в рамках договоренностей по новым обязательствам.

Кроме того, из спорного соглашения (договора новации) и договора поручения следует, что сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договоров. Поэтому доводы представителя истца о том, что данные договоры необходимо признать незаключенными, не основаны на нормах гражданского законодательства.

Поскольку стороны по договору финансового лизинга подписали соглашение, которое фактически являлось договором новации, и заменили обязательства по первоначальному договору новыми обязательствами, суд счел заявленные истцом требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Выводы суда вышестоящей инстанции

Истец в своей жалобе на решение суда первой инстанции акцентировал внимание на следующем.

По мнению истца, суд неправомерно сделал вывод о том, что подписание сторонами соглашения  прекращает прежнее обязательство ответчика по уплате суммы основного долга, штрафных санкций, процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку в указанном соглашении это положение закреплено не было, а также не содержалось указания на то, что прежнее обязательство ответчика прекращается с заключением данного соглашения.

Истец полагал, что обязательным условием соглашения должно было выступать конкретное условие о прекращении прежнего (денежного) обязательства ответчика. Поскольку стороны не условились о прекращении прежнего обязательства с момента заключения данного соглашения, то денежное обязательство ответчика продолжало действовать. Более того, прекращение прежних обязательств ответчика ставилось в зависимость от наступления определенных обстоятельств, а именно поступления денежных средств за реализованный предмет лизинга на расчетный счет истца.

Сделать однозначный вывод о том, что соглашение является договором новации, по мнению истца, не представляется возможным. Правовой статус соглашения определить достаточно сложно, поскольку оно содержит элементы как новации, так и отступного, зачета взаимных требований.

Кроме того, сторонами не был согласован порядок списания дебиторской задолженности истца при выполнении обязательства по содействию в реализации предмета лизинга.

Фактически суд, отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, признал прощение долга, что является недопустимым между коммерческими организациями.

В своей жалобе истец также приводил доводы о том, что соглашение и договор поручения являются незаключенными.

У сторон не было единого мнения о размере суммы основного долга, этот вопрос не был согласован сторонами при заключении соглашения и договора поручения. Они не согласовали его и до начала судебного разбирательства. Таким образом, сумма обязательства, которое заменяется, сторонами согласована не была.

Соглашение не содержит указания на сроки и порядок исполнения обязательства ответчика по содействию в реализации предмета лизинга.

Справочно.
В соответствии с п. 1 ст. 402 ГК договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законодательстве как существенные, необходимые или обязательные для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из п. 79 постановления Совета Министров Республики Беларусь от 20.12.2008 № 1987 «О некоторых вопросах осуществления государственных закупок» в редакции, действовавшей на момент исполнения поручения по реализации предмета лизинга ЧУП «Б», открытый конкурс признается конкурсной комиссией несостоявшимся в случае, если представлено менее двух конкурсных предложений. Согласно информации, содержащейся в соответствующем письме директора КУП «В», конкурс был признан несостоявшимся, поскольку не было представлено ни одного предложения. Таким образом, даже если бы истец подал конкурсное предложение, конкурс все равно был бы признан несостоявшимся. В такой ситуации вести речь о том, что ответчик выполнил свои обязательства надлежащим образом и оборудование не было реализовано по вине истца, по мнению ООО «А», недопустимо.

Вышестоящей инстанцией решение суда первой инстанции было оставлено без изменения, а жалоба ООО «А» — без удовлетворения.

***

Анализируя описанную ситуацию, можно прийти к следующему выводу: лизингодателю необходимо было более тщательно подходить к вопросу заключения соглашения об урегулировании правоотношений сторон в связи с прекращением действия договора финансового лизинга и исполнения своих обязательств по соглашению. Лизингодатель в момент заключения соглашения не предполагал и не мог предполагать, что лишится права требования задолженности по лизинговым платежам. Считаем, что исполнение лизингодателем своих встречных обязательств в рамках заключенного соглашения, а именно участие в конкурсе, не позволило бы впоследствии суду сделать вывод о том, что лизингодатель фактически отказался от приемки работ по договору поручения. Очевидно, что предмет лизинга не был бы реализован, поскольку конкурс был бы признан несостоявшимся ввиду того, что было подано менее двух предложений. Вместе с тем у суда не имелось бы оснований полагать, что лизингополучатель добросовестно исполнил поручение лизингодателя.

4980 Shape 1 copy 6Created with Avocode.