Вы на портале

Реализация принципа эстоппель в праве Республики Беларусь

Проект Закона «Об изменении кодексов» (далее — Проект), предусматривающий внесение изменений в ГК, был вынесен на общественное обсуждение еще в 2018 г. В настоящий момент Проект находится на рассмотрении в Национальном собрании Республики Беларусь. Среди прочих планируемых изменений Проектом вводятся нормы, закрепляющие принцип эстоппель.

Рассмотрим, что такое принцип эстоппель и как его можно использовать для защиты интересов физических и юридических лиц.

Функ Ян
Функ Ян

Председатель Международного арбитражного суда при БелТПП, доктор юридических наук, профессор

Чигилейчик-Функ Арсений
Чигилейчик-Функ Арсений

Юрист

7150 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Содержание:


Что такое эстоппель?

Право и мораль рассматриваются, по общему правилу, как самостоятельные регуляторы общественных отношений, то есть каждая из систем действует на основе своих норм (правил) и использует свои методы воздействия. 

Однако наряду с параллельным действием норм права и морали в гражданском законодательстве Республике Беларусь присутствует включение норм морали в правовую систему, в частности через закрепленный в ст. 2 ГК принцип добросовестности и разумности участников имущественного оборота и предусмотренный в ст. 9 ГК отказ судом лицу в защите принадлежащего ему права в случае совершения таким лицом действий исключительно с намерением причинить вред другому лицу или злоупотребления правом в иных формах.

При этом законодательство Республики Беларусь не содержит даже примерные формы злоупотребления правом, которые, по нашему мнению, позволили бы действенно применять негативные правовые последствия при нарушении моральных норм.

В свою очередь, в иных правовых системах данное явление регулируется более детально. Так, одной из возможных форм противодействия зло-употреблению правом является выработанный англосаксонским правом принцип эстоппель (от англ. estop — «лишать права выдвигать возражения»), или запрет на противоречивое поведение, который не поименован в настоящее время в белорусском гражданском праве, однако может выводиться посредством применения ст. 2 и 9 ГК.

Суть указанного принципа заключается в том, что участник имущественного оборота не может изменять свое поведение с целью получения преимуществ и дополнительного имущественного предоставления (удовле-творения). То есть принцип эстоппель основан на том, что право не должно давать возможность лицу получать «имущественные привилегии» в связи со своим недобросовестным поведением.

Изменения в ГК: эстоппелю быть?

Принятый в первом чтении Палатой представителей Национального собрания Республики Беларусь Проект содержит изменения в ГК, среди которых присутствуют и нормы, реализующие принцип эстоппель. 

Справочно.
С Проектом можно ознакомиться по короткой ссылке bit.ly/3OPpzjF.

В частности:

1. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (п. 3 ст. 167 ГК в соответствии с Проектом).

2. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после совершения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 4 ст. 167 ГК в соответствии с Проектом). 

3. Сторона, которая приняла от другой стороны исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать установления факта ничтожности договора, не соответствующего законодательству, и применения последствий его недействительности либо признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 174, 179 и 180 ГК, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны (п. 2 ст. 401-1 ГК в соответствии с Проектом).

4. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, либо иным образом подтвердившая действие такого договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 402 ГК в соответствии с Проектом).

5. В случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается (п. 3 ст. 420-1 ГК в соответствии с Проектом).

Вступление в силу Закона «Об изменении кодексов», скорее всего, приведет к более активному использованию принципа эстоппель юристами/адвокатами, а также к его более частому применению судами. В настоящее же время белорусские суды нечасто применяют ст. 2 и 9 ГК для защиты имущественных прав и интересов участников имущественного оборота, ссылаясь, как правило, на то, что в ГК не содержится перечня форм и иных разъяснений существа злоупотребления гражданским правом.

Для надлежащего применения принципа эстоппель необходимо формирование судебной практики его применения, что является достаточно сложным процессом, учитывая морально-нравственную основу и оценочный характер соответствующего правового явления.

Примеры применения принципа эстоппель в Российской Федерации

Для понимания практического использования в будущем принципа эстоппель приведем несколько примеров из российской судебной практики, учитывая то, что система гражданского права России восприняла принцип эстоппель еще в 2013 г. и уже выработала определенные подходы к его применению. Кроме того, белорусский законодатель имплементировал принцип эстоппель именно из Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

Пример 1 (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.06.2018 № Ф07-6222/2018 по делу № А26-4947/2017)

Общество подало заявление о признании недействительными договора аренды и договора купли-продажи только после того, как арбитражный суд принял решение о взыскании с него в пользу местной администрации задолженности по арендной плате, выкупным платежам, пене и обращении взыскания на заложенное в силу закона помещение.

При этом данное общество изначально знало, что оно не является правопреемником того субъекта, который имел указанную задолженность по арендной плате.

Кроме того, общество до судебного решения обращалось в местную администрацию с заявлением о замене арендатора в договоре аренды, а в последующем с заявлением о выкупе помещения, предоставив при этом недостоверные сведения о своем правопредшественнике.

Общество также на протяжении длительного периода времени вносило арендную плату за помещение, что не давало никаких оснований местной администрации думать о недействительности сделок.

С учетом изложенного суды первой и кассационной инстанций, указав на недобросовестное поведение общества, отказали в удовлетворении его требований на основании п. 5 ст. 166 ГК РФ. Согласно данной норме заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Справочно.
Пункт 5 ст. 166 ГК РФ аналогичен по содержанию п. 4 ст. 167 ГК в соответствии с Проектом.

Пример 2 (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.06.2018 № Ф07-6222/2018 по делу № А26-4947/2017)

Акционерное общество (лизингополучатель) обратилось в суд с иском о признании недействительным договора лизинга, заключенного с другим акционерным обществом (лизингодателем).

Требование о признании недействительным договора лизинга было основано на том, что устав лизингополучателя содержал ограничение генерального директора на совершение договора лизинга в виде обязательного наличия одобрения такого договора со стороны совета директоров. Такое одобрение отсутствовало. Исходя из этого, лизингополучатель сделал вывод о недействительности договора лизинга в связи с выходом генерального директора за пределы предоставленных ему полномочий.

Однако арбитражный суд отказал в удовлетворении требований истца на основании следующих фактов.

Во-первых, суд указал на неопределенность положений устава истца, из которых однозначно не следует компетенция совета директоров, на которую ссылался истец. При этом в законодательстве Российской Федерации отсутствует требование об отнесении такой сделки к компетенции совета директоров акционерного общества.

Во-вторых, суд отметил, что до заключения договора лизинга ответчик на свой запрос об отсутствии у генерального директора истца «корпоративных ограничений» на заключение договора лизинга получил заверение в том, что таких ограничений нет.

В-третьих, основываясь на п. 2 ст. 431.1 ГК РФ, суд указал на то, что истец осуществлял исполнение обязательств по договору лизинга в виде перечисления ответчику 6 лизинговых платежей и, следовательно, утратил право требовать признания договора лизинга недействительным.

Справочно.
Из п. 2 ст. 431.1 ГК РФ, который аналогичен п. 2 ст. 401-1 ГК в соответствии с Проектом, следует, что сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 173, 178 и 179 ГК РФ, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В настоящее время применение принципа эстоппель можно усмотреть в некоторых решениях белорусских судов. Вместе с тем закрепление в ГК более конкретных норм, отражающих принцип эстоппель, предоставит дополнительные возможности для защиты интересов физических и юридических лиц через применение норм морали в рамках правовой системы Республики Беларусь.

7150 Shape 1 copy 6Created with Avocode.
Последнее
по теме