Обзор судебной практики коллегии по экономическим делам Верховного Суда от 14.11.2018

Верховный Суд сделал еще один шаг в сторону большей открытости судопроизводства: теперь на сайте суда размещаются постановления коллегии по экономическом делам по кассационным, апелляционным, надзорным жалобам. Представляем вам обзор судебных решений, размещенных на сайте Верховного Суда 14.11.2018.

Обновлено
4698 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Содержание:


Невыставление ЭСЧФ по НДС не просрочка кредитора по договору аренды

(Дело № 435-21/2018/1074А/1423К)

Арендатор ссылается на то, что арендодатель не выставлял ему ЭСЧФ по НДС, без чего у него отсутствует возможность принять на вычет налог и отнести платежи на затраты. Следовательно, имеет место просрочка кредитора (ст. 377 ГК), в связи с чем арендатор мог не производить оплату.
Суд посчитал, что невыставление такого счета-фактуры не влияет на обязанность арендатора по внесению арендной платы по договору и, как следствие, не лишает арендодателя права на односторонний отказ от исполнения договора при условии уведомления арендодателя за один месяц в случае невнесения арендатором арендной платы и иных платежей более двух раз подряд в течение установленного срока платежа.
Решением экономического суда города Минска от 15.08.2018 по делу №435-21/2018 удовлетворены исковые требования о выселении арендатора С. из занимаемых помещений. Постановлением апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ответчика — без удовлетворения.

Арендатор С. в кассационной жалобе просил в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на неправомерный односторонний отказ арендодателя от договора аренды.

Судебной коллегией по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь в удовлетворении жалобы было отказано исходя из следующего.

Не оспаривая фактов получения уведомления истца об одностороннем отказе от договора и наличия задолженности по арендной плате, ответчик указал на имевшую место просрочку кредитора со стороны арендодателя в виде невыставления электронных счетов-фактур по НДС с 01.01.2016, без чего у арендатора отсутствовала возможность принять на вычет налог и отнести платежи на затраты. Арендатор не отрицал наличие задолженности по оплате аренды и получение уведомления о расторжении договора аренды.

Суды, включая кассационную инстанцию, посчитали, что в указанных обстоятельствах арендодатель правомерно воспользовался своим правом на односторонний отказ от договора в связи с невнесением арендной платы арендатором. При этом невыставление арендодателем электронных счетов-фактур и неосуществление арендатором налогового вычета не влияют на обязанность арендатора исполнить обязательства по внесению арендной платы по договору.

Поскольку принятое судом первой инстанции решение основано на исследованных в судебном заседании доказательствах с учетом возражений ответчика, указанных в отзыве на исковое заявление, учитывая, что срок действия договора аренды истек 31.08.2018, и намерений заключить договор с ООО «С» на новый срок арендодатель не имеет, то изложенные в кассационной жалобе доводы о нарушении судом норм процессуального права не могут быть приняты во внимание, как не влияющие на результаты рассмотрения настоящего дела, так как не опровергают обоснованность выводов судебных инстанций о выселении ООО «С» из арендованных помещений при прекращении договора аренды.

Комментарий редакции:
По нашему мнению, суд совершенно правильно не отнес предоставление документов, опосредующих налоговые отношения, к обстоятельствам, которые дают право не исполнять одной из сторон свои обязательства по договору. Определенный интерес вызывают выводы суда, в которых дается оценка процессуальным нормам и истечению к моменту рассмотрения дела договора аренды, однако, исходя из представленной в постановлении информации, сложно понять, что именно привлекло внимание суда.

Теги: НДС, Электронный счет-фактура


Пустующие арендные помещения не места общего пользования 

(Дело № 86-12/2018/752А/1396К)

Судом частично удовлетворены требования к ИП, собственнику помещений, в части понесенных товариществом собственников (истец) расходов по содержанию и ремонту объектов недвижимого имущества, находящихся в общей долевой собственности, а именно: расходов по уборке территории, вывозу ТБО, тревожной сигнализации и т.д.
Частичное удовлетворение требований обусловлено необоснованностью применяемой истцом методики расчета расходов, которые были рассчитаны как разница между показаниями прибора учета на все здание и показаниями индивидуальных приборов учета, несмотря на то, что не у всех собственников в помещениях установлены индивидуальные приборы учета, а в расчете истца такие помещения принимаются как места общего пользования. 

Судом проанализированы нормы законодательства, определяющие обязательные платежи по содержанию и ремонту общего имущества, и с учетом оснований заявленных истцом требований судом правомерно удовлетворены требования в части понесенных товариществом собственников «З» расходов по содержанию и ремонту объектов недвижимого имущества, находящихся в общей долевой собственности, а именно: расходов по уборке территории, вывозу ТБО, тревожной сигнализации, ТО эскалаторов, лифтов, кондиционеров, ТО и ремонту систем пожаротушения, дератизации, дезинфекции за сентябрь–октябрь 2017 года на общую сумму 359,38 рублей.

Материалами дела подтверждается, что истцом применена методика расчета расходов за электроэнергию и за воду/канализацию, приходящуюся на места общего пользования, исходя из разницы между показаниями прибора учета на все здание и показаниями индивидуальных приборов учета.

С учетом установленных фактов отсутствия во всех помещениях индивидуальных приборов учета и указания в расчетах истца таких помещений, как места общего пользования, судом вышеуказанная методика правомерно признана необоснованной.

Ввиду отсутствия индивидуальных приборов учета теплоэнергии во всех помещениях и отсутствия отопления в помещениях, принадлежащих индивидуальному предпринимателю К, с учетом представленных истцом расчетов расходов по потреблению теплоэнергии, сделанных на основании данных прибора группового учета пропорционально доле каждого собственника в праве общей собственности, суд пришел к правильному выводу о несостоятельности данной методики и необоснованности расчетов.

Поскольку доказательств необходимости и обоснованности понесенных истцом иных расходов: по оплате услуг сторонних организаций (рекламных, медицинских и других услуг), услуг связи, оплате материалов, заработной плате обслуживающего персонала с отчислениями, по земельному налогу, соответствующих статьям 103-104 ХПК, с надлежащим обоснованием их размера суду не предоставлено, то правомерными являются выводы суда об отказе в удовлетворении исковых требований в части вышеуказанных расходов.

Комментарий редакции:
Согласно законодательству арендаторы, собственники и т.д. должны нести расходы по содержанию общего имущества, однако на арендаторов и собственников не должны ложиться расходы по содержанию помещений, которые к таковому не относятся даже в силу Закона «О совместном домовладении». Соответственно, суд совершенно верно отказал в удовлетворении требований товариществу собственников.

Теги: аренда недвижимого имуществадоговор аренды


92,62 % голосов кредиторов не гарантируют исполнение вашего плана ликвидации 

(Дело № 66-13Б/2015/4-199А/1385К)

Экономическим судом разрешены разногласия, возникшие между управляющим и кредиторами, а именно признан не подлежащим исполнению план ликвидации конкурсного кредитора (80,373 % общей суммы требований кредиторов). План предполагал формирование предприятия, как имущественного комплекса, с последующей оценкой и выставлением на торги.
Предложения же управляющего по изменениям и дополнениям в план ликвидации заключались в сокращении количества торгов по реализации имущества с пяти до трех, а в случае нереализации имущества — предложения его кредиторам в счет погашения их требований, а также предложение по инвентаризации имущества.
Суд стал на сторону управляющего, т.к. план ликвидации кредитора носил декларативный характер (кредитором не представлено источников финансирования мероприятий, нет предложений по наличию конкретных покупателей на конкурсной основе предприятия должника, как имущественного комплекса), не учитывал интересы остальных кредиторов, кроме того, не соответствовал одному из основополагающих принципов судопроизводства — процессуальной экономии.

Определением экономического суда Гомельской области от 18.06.2015 в отношении ОАО «Р» возбуждено производство по делу об экономической несостоятельности (банкротстве). 10.03.2016 должник признан банкротом и в отношении него открыто ликвидационное производство сроком до 10.09.2018.

На собрании кредиторов должника 26.06.2018 были рассмотрены вопросы:

Внесение изменений в план ликвидации ОАО «Р»:

  • в редакции конкурсного кредитора ОАО «Б»;
  • в редакции управляющего в деле о банкротстве.

ОАО «Б» — конкурсный кредитор с суммой требований, составляющих 80,373 % к общей сумме требований кредиторов. Им были предложены изменения и дополнения по формированию предприятия, как имущественного комплекса, с последующей оценкой и выставлением на торги.

Предложения управляющего по изменениям и дополнениям в план ликвидации заключались в сокращении количества торгов по реализации имущества с 5 до 3, а в случае нереализации имущества — предложить его кредиторам в счет погашения их требований, а также предложение по инвентаризации имущества.

Согласно протоколу общего собрания кредиторов были приняты изменения в план ликвидации в редакции конкурсного кредитора ОАО «Б» (92, 62 % голосов кредиторов участвовавших в собрании).

Управляющий обратился в экономический суд с заявлением о разрешении возникших разногласий между ним и кредиторами должника, а именно о признании не подлежащим исполнению протокола общего собрания кредиторов ОАО «Р» в части принятия изменений в план ликвидации в редакции конкурсного кредитора ОАО «Б» и согласовании внесения изменений и дополнений в план ликвидации ОАО «Р» в редакции, предложенной управляющим.

Одним из основных принципов судопроизводства в экономическом суде является принцип процессуальной экономии, согласно которому суд, рассматривающий экономические дела, выполняет задачи судопроизводства в суде в возможно короткие сроки в пределах, установленных законодательными актами (статья 13 ХПК).

Данному принципу корреспондируют положения статья 140 Закона о банкротстве, нормами которой установлены сроки ликвидационного производства с возможностью только в случае необходимости продления сроков ликвидационного производства.

Как правильно указано судебными инстанциями экономического суда Гомельской области, предложения ОАО «Б» по формированию предприятия должника, как имущественного комплекса, его последующей оценке и реализации на торгах предполагают существенные финансовые затраты. Со стороны ОАО «Б» не представлены конкретные предложения в обоснование наличия возможности реализации данных изменений в план ликвидации: нет источников финансирования мероприятий, нет предложений по наличию конкретных покупателей на конкурсной основе предприятия должника, как имущественного комплекса.

Соответственно, указанные изменения в план ликвидации в редакции конкурсного кредитора ОАО «Б» носят исключительно декларативный и общий характер.

Проведенный судебными инстанциями анализ изменений и дополнений в план ликвидации управляющего подтверждает их соответствие, прежде всего принципу процессуальной экономии, поскольку направлен на действительную реализацию мероприятий по ликвидации должника в установленные сроки.

В соответствии со статьей 86 Закона Республики Беларусь «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) со дня открытия конкурсного производства управление делами должника возлагается на управляющего, к нему также переходит право управления имуществом должника.

В свою очередь, собрание кредиторов представляет интересы всех кредиторов и осуществляет от имени кредиторов все действия в отношении должника, а также вправе принять решение об образовании комитета кредиторов (статья 55 Закона о банкротстве).

Полномочия комитета кредиторов определены нормами статьи 61 Закона о банкротстве, в частности, комитет кредиторов вправе принимать решения по вопросам, отнесенным к его компетенции собранием кредиторов.

Соответственно, поскольку ОАО «Б» является основным кредитором, судебными инстанциями экономического суда обоснованно отклонены его предложения по изменению действующей компетенции комитета кредиторов.

Ограничение компетенции комитета кредиторов на стадии ликвидационного производства только в интересах ОАО «Б» не направлено на обеспечение оперативного выполнения плана ликвидации и соблюдение паритета интересов иных кредиторов.

Кроме того, данных, свидетельствующих о наличии объективной необходимости изменения, ранее уже утвержденного судом, плана ликвидации ОАО «Р» в редакции конкурсного кредитора ОАО «Б» в материалы дела не представлено.

Данное обстоятельство является определяющим в соответствии с нормами статьи 121 Закона о банкротстве, из смысла которой следует, что внесение изменений и дополнений в утвержденный судом план ликвидации должника обусловлено именно их необходимостью.

При таких обстоятельствах судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь пришла к выводу о том, что оснований для изменения либо отмены обжалованных судебных постановлений не имеется.

Комментарий редакции:
Несмотря на отсутствие в законодательстве такой процедуры, как утверждение или изменение судом плана ликвидации, суд все же в данном деле посчитал возможным дать оценку плану и даже его изменить. Причем не по формальным основаниям, а именно по мотивам целесообразности предложенных в плане действий.
За комментарием редакция обратилась к известному антикризисному управляющему Сергею Пинчуку, который сообщил, что до сих пор он не встречал таких решений на практике, однако не очень ему удивлен. По его словам, таким образом суды реагируют на огромные трудности и существенное удлинение ликвидационного производства при попытках регистрировать имущество должника, как имущественный комплекс. В частности, процесс регистрации и оценки длится на практике около полугода, в дальнейшем с учетом необходимости размещения объявления о торгах в «Судебном вестнике Плюс» в оставшиеся полгода действия оценки можно провести только двое торгов максимум. Потом необходимо проходить все действия с самого начала.

Теги: ликвидациязащита кредитора


Страховщик должен платить, или Почему важно различать убытки и страховое возмещение 

(Дело № 154-15/2018/804А/1374К)

Страховщик отказывается выплачивать страховое возмещение. По его мнению, судом не учтены правила страхования в отношении определения размера страхового возмещения, стоимость части поврежденного груза определена без предоставления необходимых доказательств.
Вместе с тем суд посчитал, что страховой случай имел место, и отказ страховщика в выплате страхового возмещения и возмещения убытков в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по выплате страхового возмещения по договору страхования является необоснованным.
Кроме того, суд отметил, что спор идет не о порядке определения страхового возмещения, а о возмещении убытков.

В кассационной жалобе ОАСО «Б» просит решение экономического суда и постановление апелляционной инстанции отменить и принять новое постановление об отказе в иске. По мнению заявителя, судом не учтены правила страхования в отношении определения размера страхового возмещения (не вычтена сумма франшизы и государственной пошлины), стоимость части поврежденного груза определена без предоставления необходимых доказательств.

Изучив материалы дела, судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь пришла к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

28.11.2016 между частным предприятием «Т» (страхователь) и ОАСО «Б» (страховщик) на условиях Правил № 14 добровольного страхования гражданской ответственности перевозчика и экспедитора (далее — Правила № 14) заключен договор страхования имущественных интересов страхователя. Объект страхования, в том числе, — утрата или повреждение груза в ходе перевозки в соответствии с Конвенцией «О договоре международной дорожной перевозки грузов» (далее — КДПГ), франшиза — 250 евро по каждому страховому случаю.

В рамках заключенного между СООО «А» (заказчик) и частным предприятием «Т» (исполнитель) договора об организации международных автомобильных перевозок последнее осуществляло перевозку груза. В процессе осуществления перевозки в результате возгорания автомобиля груз был поврежден. По факту повреждения груза представителями заказчика и исполнителя составлен Акт о несохранности, произведены отметки в СMR.

ОАСО «Б» (Страховщик), извещенное страхователем о наступлении страхового случая, провело экспертную проверку для проведения осмотра с целью установления характера, причины и размера ущерба ООО «Р». Согласно Предварительным актам экспертного осмотра причиной ущерба является повреждение груза в результате возгорания автотранспорта, размер ущерба составляет 1 356 542,28 российских рублей.

Требование о возмещении ущерба в сумме 46 671,84 белорусских рублей (1 356 542,28 российских рублей) СООО «А» предъявило частному предприятию «Т». В последующем по соглашению о примирении эта сумма была уменьшена до 36 674,88 белорусских рублей и 1 860,16 белорусских рублей расходов по госпошлине (всего 38 535,04 белорусских рублей). ОАСО «Б», участвовавшее в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика, возражений в части заключения соглашения о примирении не заявило. Частное предприятие «Т» перечислело 38 535,04 белорусских рублей  СООО «А».

ОАСО «Б» в выплате страхового возмещения страхователю отказало.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования частного предприятия «Т» о взыскании с ОАСО «Б» убытков в сумме 38 535,04 белорусских рублей, руководствовался положениями КДПГ, статьями 819, 833 ГК, Правилами № 14 и исходил из того, что страховой случай имел место и отказ страховщика в выплате страхового возмещения и возмещении убытков в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по выплате страхового возмещения по договору страхования является необоснованным. Суд апелляционной инстанции подтвердил правильность выводов суда первой инстанции.

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь считает выводы экономического суда города Минска основанными на материалах дела (с учетом предмета спора о возмещении убытков, а не взыскании страхового возмещения) и доказательствах, оценка которым дана в соответствии с требованиями статьи 108 ХПК, и не противоречащими законодательству.

В связи с ненадлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору страхования у страхователя возникли убытки, связанные с возмещением СООО «А» стоимости утраченного (поврежденного) груза и государственной пошлины, уплаченной при рассмотрении судебного спора в рамках дела № 465-25/2017/37А.

При этом судебные инстанции дали обоснованную, с учетом представленных доказательств и фактических обстоятельств, оценку возражениям ОАСО «Б» в части определения стоимости поврежденного груза, а также относительно франшизы и суммы государственной пошлины.

Комментарий редакции:
Установление франшизы в договоре страхования — это определение не возмещаемой страховщиком части возможного ущерба, который может быть нанесен имущественным интересам страхователя.
В споре речь идет о франшизе в размере 250 евро по каждому страховому случаю (неизвестно, включаются ли во франшизу судебные расходы). Однако дело даже не во франшизе, а в том, что спор шел о возмещении 38 535,04 убытков — на что суд как раз обратил внимание.

Теги: убытки, страхование


Несоразмерность пени в 300 раз нужно доказать, или Правильно включенные в акт суммы нужно оплачивать 

(Дело № 41-19/2018/278А/1368К)

Заявитель по кассационной жалобе просит изменить судебные постановления в части размера взысканной по встречному иску пени, уменьшив ее с 30 000 до 100 рублей (в 300 раз — примеч. ред.), как явно несоразмерную последствиям нарушения обязательства.
По его мнению, при применении статьи 314 ГК судебные инстанции не учли все обстоятельства дела, свидетельствующие о том, что причина просрочки оплаты за выполненные работы — ненадлежащее исполнение своих обязанностей по оформлению первичных документов именно со стороны подрядчика, который в акте завысил стоимость подлежащих оплате работ.
Однако суд отказал в удовлетворении жалобы, т.к. обстоятельства, свидетельствующие о том, что подрядчик предъявил заказчику (заявитель жалобы) первичные документы для оплаты, которые заказчик обоснованно не подписал, не исключают обязанности заказчика в согласованный договором срок произвести оплату работ, стоимость которых включена в акты и справки правильно. В связи с этим ненадлежащее оформление подрядчиком первичных учетных документов нельзя оценить как просрочку кредитора для наличия оснований применения статьи 375 ГК и уменьшения размера ответственности за нарушение срока оплаты.

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Б» (далее — ООО «Б») просит указанные судебные постановления изменить в части размера взысканной по встречному иску пени, уменьшив пеню с 30 000 до 100 рублей как явно несоразмерную последствиям нарушения обязательства.

По мнению заявителя кассационной жалобы, при применении статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) судебные инстанции не учли все обстоятельства дела, свидетельствующие о том, что причиной просрочки оплаты за выполненные работы являлось ненадлежащее исполнение своих обязанностей по оформлению первичных документов именно со стороны подрядчика, который в акте за декабрь 2014 года завысил стоимость подлежащих оплате работ.

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь считает, что обжалуемые решение и постановление апелляционной инстанции следует оставить без изменения, а кассационную жалобу ООО «Б» — без удовлетворения по следующим основаниям.

Уменьшая подлежащую взысканию пеню по встречному иску на основании статьи 314 ГК как явно несоразмерную последствиям нарушения обязательства с 63 601,16 рублей до 30 000 рублей, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание размер договорной пени, стоимостную базу, на которую начислена пеня, подлежащие взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами, которые частично компенсируют последствия нарушения денежного обязательства, начисленные за это же нарушение обязательства по оплате, погашение долга, на который начислена пеня. При этом судом первой инстанции обоснованно отмечено, что неустойка как стимул к своевременному исполнению обязательства не должна выступать средством обогащения кредитора. Также судом были взысканы проценты за незаконное пользование чужими денежными средствами в размере 16 083,30 рублей.

Суд апелляционной инстанции обоснованно обратил внимание, что согласно части первой статьи 314 ГК уменьшение неустойки при наличии признаков ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства является правом суда и размер взысканной неустойки должен сохранять для ответчика негативные последствия имущественного характера допущенных им нарушений договорных обязательств.

Принимая во внимание период просрочки — более двух лет, согласование размера договорной неустойки аналогичного размеру законной неустойки, установленной пунктом 85 Правил заключения и исполнения договоров строительного подряда, утвержденных постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 15.09.1998 № 1450, предельное ограничение подлежащей взысканию неустойки размером стоимости оплаченных с нарушением срока работ, мотивы и основания, по которым суд уменьшил неустойку (пеню) по встречному иску до 30 000 рублей, признаются обоснованными.

В этой связи доводы кассационной жалобы о наличии у суда оснований для снижения неустойки до 100 рублей из правомерно заявленных 63 601,16 рублей нельзя признать обоснованными, и оснований для переоценки обстоятельств, на основании которых судебные инстанции пришли к выводу о соразмерности последствиям нарушения обязательства суммы неустойки в размере 30 000 рублей, не имеется.

Обстоятельства, свидетельствующие о том, что подрядчик предъявил заказчику первичные документы для оплаты, которые заказчик обоснованно не подписал, не исключают обязанности у заказчика в согласованный договором срок произвести оплату работ, стоимость которых включена в акты и справки правильно, в связи с чем ненадлежащее оформление подрядчиком первичных учетных документов нельзя оценить как просрочку кредитора для наличия оснований применения статьи 375 ГК и уменьшения размера ответственности за нарушение срока оплаты.

Комментарий редакции:
Как таковой единой практики по вопросу о допустимом размере пени нет. Данное решение интересно тем, что суд принял размер законной неустойки как ориентир для определения разумности размера пени.

Теги: неустойка


Об уменьшении неустойки лучше договариваться до суда 

(Дело № 104-30/2018/1780А/1366К)

Данное дело, так же как и предыдущее, касалось уменьшения неустойки с той лишь разницей, что заявить в обоснование уменьшения ее размера привел доводы о попытках урегулировать спор в досудебном порядке, а также о дефиците оборотных средств по причине неисполнения обязательств организациями, которые финансировались из бюджета.
Коллегия отказала в удовлетворении жалобы: при уменьшении неустойки судом могут быть учтены действия сторон, направленные на добровольное досудебное урегулирование спора (ч. 2 ст. 314 ГК), однако в данном случае вопрос о заключении мирового соглашения был поставлен в ходе судебного разбирательства.
Доводы об отсутствии оборотных средств не были приняты во внимание, так как исследование данных вопросов не входило в предмет доказывания по делу, поскольку об этом ответчиком в суде первой инстанции не заявлялось, какие-либо доказательства в обоснование этих критериев не представлялись.

СООО «Ф» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции в части взыскания с СООО «Ф» в пользу ИП «В» 35000 белорусских рублей пени, 7840 белорусских рублей расходов по оплате государственной пошлины отменить и отказать во взыскании пени.

По мнению заявителя жалобы, судом первой инстанции при разрешении вопроса об уменьшении пени не был учтен баланс интересов как кредитора, так и должника. Не учтены действия ответчика, направленные на заключение мирового соглашения, не исследован вопрос о нарушении сроков исполнения обязательств истцом и т.д.

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, основанными на материалах дела и нормах действовавшего законодательства ввиду следующего.

Доводы заявителя о необходимости уменьшения неустойки в большем размере со ссылкой на иные критерии несоразмерности неустойки, приведенные в кассационной жалобе (о дефиците оборотных средств по причине неисполнения обязательств организациями, которые финансировались из бюджета), не могут быть приняты во внимание, так как исследование данных вопросов не входило в предмет доказывания по настоящему делу, поскольку об этом ответчиком в суде первой инстанции не заявлялось, какие-либо доказательства в обоснование этих критериев не представлялись.

Ссылки заявителя на то, что судом не учтены действия СООО «Ф», направленные на заключение мирового соглашения, являются несостоятельными, так как согласно части второй статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь при решении вопроса об уменьшении неустойки судом могут быть учтены действия сторон, направленные на добровольное досудебное урегулирование спора, а в данном случае вопрос о заключении мирового соглашения был поставлен в ходе судебного разбирательства.

Комментарий редакции:
При заявлении ходатайства о применении статьи 314 ГК нужно обратить внимание на один важный момент.
Согласно п. 3 постановления Президиума ВХС от 08.08.2002 № 24 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь» вопрос о применении ст. 314 ГК может быть решен как при принятии решения судом первой инстанции, так и при пересмотре дела вышестоящими инстанциями. При этом вышестоящая судебная инстанция вправе применить ст. 314 ГК только в том случае, когда заинтересованная сторона указывает в жалобе на отклонение ходатайства об уменьшении неустойки либо на ее уменьшение по ходатайству стороны или по своей инициативе судом первой инстанции как на неправильное применение (существенное нарушение) нормы материального права.
Соответственно, вышестоящая судебная инстанция на уменьшение неустойки не имеет правовых оснований, если такое ходатайство в суде первой инстанции не заявлялось и суд первой инстанции не уменьшал ее по своей инициативе.

Теги: неустойкапретензиявзыскание дебиторской задолженности


Не могут являться основанием для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам доказательства, которые имелись в деле, даже если последующее изменение законодательства влияет на оценку этих доказательств 

(Дело № 95-26/2017/1049А/1395К)

Ответчик, привлеченный решением суда к субсидиарной ответственности по долгам предприятия, формальным учредителем которого он являлся, просил пересмотреть решение по вновь открывшимся обстоятельствам. В качестве вновь открывшихся обстоятельств он указывал на то, что на момент вынесения решения ему не было известно содержание постановления органов ДФР об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него. В постановлении указано, что от имени этого предприятия действовали третьи лица, что, по мнению ответчика, является вновь открывшимися обстоятельствами, влекущими пересмотр дела.
Суды первой и второй инстанции, поддержанные кассационной инстанцией, отказали в пересмотре решения, поскольку постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, о котором идет речь как о вновь открывшихся обстоятельствах, таковым не является и имелось в материалах дела на момент вынесения решения.

Из материалов дела видно, что решением от 06.07.2017 по делу №95-26/2017 взыскано с Д. 461555,74 белорусских рублей в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ЧТУП «С». Данное решение суда Д. не обжаловалось и вступило в законную силу 28.07.2017.

Д. 19.07.2018 обратился в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам, сославшись на то, что 29.06.2018 им было получено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.07.2016, вынесенное инспектором по оперативной работе ГМО № 3 УДФР КГК Республики Беларусь по Минской области и г. Минску, из которого усматривается, что финансово-хозяйственную деятельность от имени и с использованием реквизитов ЧТУП «С» фактически он не осуществлял, а осуществляли иные лица. Данные обстоятельства, по его мнению, не были и не могли быть известны экономическому суду и ответчику при рассмотрении дела.

Определением экономического суда города Минска от 10.08.2018, оставленным в силе постановлением суда апелляционной инстанции экономического суда города Минска от 12.09.2018, Д. отказано в удовлетворении заявления о возобновлении дела по вновь открывшимся обстоятельствам.

Д. обратился с кассационной жалобой в судебную коллегию по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь на указанные судебные постановления, в которой просит их отменить и пересмотреть дело по вновь открывшимся обстоятельствам.

В судебном заседании Д. пояснил, что судом не были исследованы обстоятельства, указанные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела. В обоснование своих доводов о необходимости пересмотра судебных постановлений сослался на положения Декрета Президента Республики Беларусь от 23.11.2017 № 7 «О развитии предпринимательства» (далее – Декрет). При этом пояснил, что действительно регистрировал ЧТУП «С» для неизвестных лиц и получил за это вознаграждение, однако не осознавал последствий своим действиям в тот момент.

Заслушав Д., обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на кассационную жалобу, проверив законность и обоснованность судебных постановлений, судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь считает, что определение от 10.08.2018 и постановление от 12.09.2018 следует оставить без изменения, а кассационную жалобу Д. — без удовлетворения по следующим основаниям.

Данные обстоятельства не являлись неизвестными суду, поскольку из материалов дела видно, что по запросу суда УДФР КГК Республики Беларусь по Минской области и г. Минску представило в суд копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.07.2016, вынесенного инспектором по оперативной работе ГМО № 3 УДФР КГК Республики Беларусь по Минской области и г. Минску.

Таким образом, обстоятельства, изложенные в данном постановлении, на момент принятия решения от 06.07.2017 по делу №95-26/2017 суду первой инстанции были известны, поскольку все доказательства, представленные в материалы дела, исследовались при разрешении спора, что подтверждается протоколом судебного заседания, на который замечания ответчиком не подавались. Д. имел возможность ознакомиться с материалами дела, в том числе с содержанием представленного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.07.2016.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на положения Декрета несостоятельна, так как в соответствии с частью первой статьи 4 Гражданского кодекса Республики Беларусь подпункт 5.6 пункта 5 Декрета не имеет обратной силы и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие и до введения его в действие в части прав и обязанностей, возникших после 26.02.2018.

Комментарий редакции:  
В принципе, дело является достаточно прозрачным. Доказательства, которые имеются в материалах дела, никак не могут быть заново «переоткрыты» одной из сторон. Видимо, ответчик, привлеченный к субсидиарной ответственности, выбрал в качестве средства своей защиты любым способом «затащить» дело на новое рассмотрение, где уже можно ссылаться на Декрет № 7 и изменение практики по субсидиарной ответственности. Следует согласиться с выводом суда о том, что изменение практики привлечения к субсидиарной ответственности на основании Декрета № 7 не создает новое прочтение уже имеющихся в деле доказательств и не может считаться новым обстоятельством, неизвестным на момент рассмотрения дела.

Теги: Декрет № 7

4698 Shape 1 copy 6Created with Avocode.