Вы на портале

Утрата предмета лизинга (часть 1)

Проблема: Заключен договор лизинга. Спустя некоторое время происходит утрата предмета лизинга (хищение, конфискация, гибель, прочие аналогичные обстоятельства). Обязан ли лизингополучатель продолжать вносить лизинговые платежи в соответствии с графиком платежей? Этот вопрос сегодня не решен ни в законе, ни в судебной практике, ни, как очевидно, в аналитике. Лизингодатели уверены в том, что должен, а лизингополучатели полагают, что раз нет имущества, то нет и обязанности платить. Для кого: для лизингодателей, лизингополучателей.

Обновлено
Шидловский Андрей
Шидловский Андрей

начальник отдела правового сопровождения кредитных сделок ЗАО «Альфа-Банк»

3878 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Зачастую единственным вариантом решения проблемы покупки желаемой вещи являются заемные средства в той или иной форме. В силу разных причин все большую популярность получает приобретение имущества по договору лизинга. Как правило, потенциальные лизингополучатели на стадии обсуждения условий договора лизинга обращают внимание в первую очередь на финансовые аспекты заключаемой сделки и, воодушевленные предстоящим приобретением, практически не задумываются о развитии отношений сторон в случае наступления обстоятельств, влекущих утрату предмета лизинга. Ситуация осложняется и тем, что позитивным правом последствия утраты предмета лизинга не регламентированы вовсе.

Справочно:
Позитивное право (лат. ius positivism) – система общеобязательных норм, формализованных государством.

Правовая природа лизинга

Прежде всего, принципиальным является определение правовой природы лизинга. Существует две позиции относительно того, как следует понимать существо лизинга:

  1. лизинг – это разновидность аренды;
  2. лизинг – это вид финансовой услуги (аналогично банковскому кредиту или страхованию ).

Первая позиция основана на буквальном толковании положений ГК, относящего лизинг к разновидности аренды. Об этом свидетельствует помещение норм о регулировании лизинга в гл. 34 ГК «Аренда». Также, вероятно, первая из указанных позиций основана на том обстоятельстве, что, как и в случае с арендой, лизингополучатель получает непотребляемое имущество в пользование, при этом его собственником остается лизингодатель. Вряд ли ошибемся, если отметим, что такое отношение к лизингу является преобладающим в отечественной юриспруденции. Вместе с тем за рубежом уже давно проводят демаркационную линию между арендой и лизингом, наполняя каждый из обозначенных правовых инструментов собственным регулированием.

Предметом настоящей статьи не является подробный анализ обеих концепций. В отечественной литературе уже начато обсуждение необходимости пересмотра традиционных подходов к лизингу. Заметим лишь, что ситуация, когда одно лицо обращается к другому с просьбой приобрести для него конкретную единицу имущества и передать ему ее в пользование с условием о выкупе после истечения срока пользования, гораздо ближе к целевому кредиту на приобретение имущества с последующим залогом приобретенного за счет кредита имущества, чем к аренде имущества. Отношения же из аренды близки по содержанию к отношениям из оперативного лизинга или финансового лизинга, не предполагающего выкуп предмета лизинга.

Ситуация, когда одно лицо обращается к другому с просьбой приобрести для него конкретную единицу имущества и передать ему ее в пользование с условием о выкупе после истечения срока пользования, гораздо ближе к целевому кредиту на приобретение имущества с последующим залогом приобретенного за счет кредита имущества, чем к аренде имущества.

Мы всецело разделяем представление о выкупном лизинге как о разновидности финансовой услуги – формы кредитования под титульное обеспечение:

  • лизингодатель инвестирует в имущество, собственником которого желает стать лизингополучатель, а последний обязуется возместить лизингодателю понесенные им расходы именно с тем, чтобы стать собственником объекта инвестиций;
  • лизингополучатель желает приобрести вещь в собственность, внося цену за него в рассрочку, и его хозяйственная цель не состоит во внесении лишь платы за пользование вещью.

Справочно:
Титульное обеспечение представляет собой вещный способ обеспечения обязательств, отличающийся от залога и удержания тем, что для обеспечительных целей используется не особое вещное право (залог), а право собственности на предмет обеспечения, которое передается кредитору в обеспечительных целях.
Подробнее – по короткой ссылке http://bit.ly/2s5S4na

Далее будет предложена правовая оценка отношений сторон на случай утраты предмета лизинга как для одной (арендной), так и для другой (кредитной) концепции выкупного лизинга, поскольку на данный момент мы не уверены в том, что отечественное правоприменение солидарно с нами в правовых подходах к квалификации выкупного лизинга.

Выкупной лизинг как кредитование 
под титульное обеспечение

В случае утраты предмета залога, приобретенного за счет кредита, предоставленного банком, кредит перестает быть обеспеченным. Это влечет ряд правовых и не только последствий. Например:

  • кредитный договор может содержать условие о повышении ставки за пользование кредитом на случай утраты предмета залога;
  • банк может потребовать досрочного погашения кредита (в целом либо в той его части, которая оказалось необеспеченной);
  • уровень кредитного риска может быть увеличен, а вслед за этим банк будет вынужден сформировать резерв в большем объеме;
  • заемщик будет обязан в течение определенного срока предоставить иное приемлемое для банка обеспечение;
  • и пр.

Только все это вторично. Неизменно одно – заемщик обязан вернуть полученный кредит в любом случае и внести плату за пользование им. При этом не имеет значения, что произошло с предметом залога и может ли заемщик использовать его по назначению. Нередко заемщик планирует погашать кредит за счет средств, полученных от применения приобретаемого за счет кредита имущества в производстве.

Заемщик обязан вернуть полученный кредит в любом случае и внести плату за пользование им. При этом не имеет значения, что произошло с предметом залога и может ли заемщик использовать его по назначению.

Аналогичным образом должны развиваться отношения сторон и в случае утраты предмета выкупного лизинга. Форма обеспечения требований лизингодателя не может иметь принципиального значения. Лизингополучатель обязан продолжать вносить лизинговые платежи в соответствии с графиком платежей. Лизингодатель, приобретая указанное лизингополучателем имущество и передавая его в лизинг, понес определенные инвестиционные расходы ровно в таком же объеме, в котором банк выдал бы кредит на покупку предмета будущего залога, если бы лицо предпочло лизингу получение целевого кредита. Мы же не станем утверждать, что обязательство кредитополучателя вернуть кредит прекращается вместе с утратой предмета залога, приобретенного за счет полученного кредита? Таким же должно быть решение и по выкупному лизингу: лизингополучатель обязан компенсировать понесенные лизингодателем инвестиционные расходы, а поскольку гражданско-правовые отношения основаны на начале возмездности (п. 3 ст. 393 ГК), то и внести плату за пользование предоставленным ему лизингодателем финансированием в форме передачи имущества в пользование. При этом, равно как и начисление процентов на сумму долга по кредиту, плата за полученное от лизингодателя финансирование должна начисляться и уплачиваться, если иное не определено сторонами, по день компенсации лизингодателю инвестиционных расходов в полном объеме. Такое же разъяснение в 2014 г. арбитражным судам дал Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС) в постановлении от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17). Также должны игнорироваться любые возражения лизингополучателя о том, что он не имеет возможности пользоваться предметом лизинга.

Справочно:
Согласно п. 8 постановления № 17 в случае гибели (утраты) незастрахованного предмета лизинга лизингополучатель не освобождается от обязанности компенсировать лизингодателю затраты на приобретение предмета лизинга и плату за финансирование до момента фактического возмещения указанных затрат.
См. по короткой ссылке http://bit.ly/2ss9QOF .

Во-первых, как было отмечено, лизингополучатель платит не за пользование объектом, а компенсирует инвестиционные расходы лизингодателя , которые остаются таковыми до тех пор, пока не будут компенсированы лизингополучателем. Сами по себе инвестиционные расходы никуда не исчезнут вслед за утратой предмета лизинга.

Лизингополучатель платит не за пользование объектом,
а компенсирует инвестиционные расходы лизингодателя.

Во-вторых, поскольку предмет лизинга передан лизингополучателю, то есть лизингодатель исполнил свое основное обязательство – приобрел имущество и передал его лизингополучателю, то дальнейшая невозможность использования предмета лизинга, вызванная поведением лизингополучателя либо внешними факторами, не обусловленная действиями лизингодателя, не должна влиять на обязанность лизингополучателя возместить лизингодателю понесенные им инвестиционные расходы и оплатить пользование предоставленным финансированием.

При этом обязательство лизингодателя передать предмет лизинга в собственность прекращается (п. 3 ст. 386 ГК).

Справочно:
В соответствии с п. 3 ст. 386 ГК если в двустороннем договоре исполнение стало невозможным для одной из сторон вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона, то первая сохраняет право на встречное удовлетворение с зачетом выгод, сберегаемых или приобретаемых ею вследствие освобождения от обязательства.

Выкупной лизинг как аренда

В этом случае решение будет зависеть от формы утраты предмета аренды:

1) утрата предмета лизинга в любой форме, кроме случайной гибели предмета лизинга (хищение, конфискация, физическая гибель, не относящаяся к случайной гибели).

Закон не содержит указания на то, что арендатор обязан обеспечить сохранность предмета аренды. Вместе с тем, на наш взгляд, такая обязанность возлагается на арендатора как на владельца и пользователя имущества, если иное не предусмотрено договором аренды. Это кажется логичным и целесообразным, поскольку у невладеющего собственника гораздо меньше возможностей обеспечить охрану арендованного имущества или исключить обстоятельства, влекущие его конфискацию (совершение правонарушения или преступления). Также это следует и из того, что арендатор обязан вернуть арендованное имущество по истечении срока аренды в том состоянии, в котором он его получил с учетом естественного износа. Нарушение обязанности по обеспечению сохранности предмета аренды обязывает арендатора компенсировать арендодателю причиненные ему убытки в размере стоимости предмета аренды на момент его утраты (ст. 14, п. 1 ст. 364 ГК).

Подразумевается, что арендатор как владелец и пользователь предмета аренды обязан обеспечить его сохранность, если иное не предусмотрено договором аренды.

Последовательное применение правил об ответственности за невозврат арендатором предмета аренды приведет нас к выводу о том, что арендатор-непредприниматель отвечает на условиях вины, а арендатор-предприниматель несет ответственность за любое неисполнение, если только оно не вызвано обстоятельствами непреодолимой силы (ст. 372 ГК). Вместе с тем арендатор-непредприниматель отвечает за случайную гибель предмета аренды (об этом далее). В этой связи мы не видим оснований для освобождения его от ответственности в случае любой утраты, например, в случае хищения транспортного средства, поскольку:

  • во-первых, экономические последствия хищения (конфискации и пр.) и случайной гибели во многом схожи. В обоих случаях арендодатель и арендатор лишены возможности (вероятно, навсегда) использовать вещь;
  • во-вторых, вещь находилась во владении арендатора, соответственно, обеспечение такого положения, которое исключало бы кражу арендованного имущества, было в его зоне контроля, ведь очевидно, что такое событие не может относиться к случаю, который невозможно предусмотреть;

2) утрата предмета лизинга вследствие его случайной гибели.

Несколько сложнее решается вопрос распределения ответственности между сторонами договора аренды за случайную гибель предмета аренды. По общему правилу риск случайной гибели, случайной порчи или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законодательством или договором (ст. 212 ГК). Положения гл. 34 ГК иных правил не содержат, поэтому, если иное не предусмотрено договором аренды, риск случайной гибели, случайной порчи или случайного повреждения предмета аренды лежит на арендодателе . Но приводит ли подобное системное толкование норм к справедливому результату? Мы так не считаем.

Системное толкование норм ГК позволяет сделать вывод, что если иное не предусмотрено договором аренды, то риск случайной гибели, случайной порчи или случайного повреждения предмета аренды лежит на арендодателе. Однако такое толкование не приводит к справедливому результату.

Действительно, случайная гибель вызвана обстоятельствами, лежащими вне контроля сторон. Однако не имеют ли такие обстоятельства более тесной связи с арендатором, чем с арендодателем? Например, арендованное транспортное средство погибло в результате возгорания рядом стоящего транспортного средства, принадлежащего третьему лицу. Гибель имущества стала возможной пусть и не по причине действий арендатора, но вследствие использования имущества именно им, арендатором. Пожар случился не на складе арендодателя, не в то время, когда вещью владел арендодатель, а тогда, когда ее арендовал арендатор, оставивший предмет аренды именно там, где он был утрачен. Поэтому мы не считаем правильным перекладывание риска случайной гибели вещи на арендодателя. Отвечать должен арендатор на условиях положений ст. 372 ГК. Косвенно это подтверждает логика распределения ответственности за утрату или повреждение транспортного средства по ст. 610 ГК. Так, по договору аренды транспортного средства, когда услуги по управлению транспортным средством оказывает арендодатель, предполагается, что за утрату предмета аренды отвечает арендодатель, если только не будет доказана вина арендатора.

Объяснение в обоих случаях такое: риск утраты несет та сторона, которая имеет больше возможностей предотвратить риск. Именно поэтому за случайную гибель должна отвечать та сторона, в чьем владении (господстве) находилась вещь на момент гибели. При этом стоит заметить, что применительно к отношениям сторон из договора лизинга закон более конкретен, в отличие от регулирования аренды, и содержит прямое указание на то, что риск случайной гибели или случайной порчи арендованного имущества переходит к арендатору (лизингополучателю) в момент передачи ему арендованного имущества, если иное не предусмотрено договором (ст. 640 ГК).

Риск утраты несет та сторона, которая имеет больше возможностей предотвратить риск. Именно поэтому за случайную гибель должна отвечать та сторона, в чьем владении (господстве) находилась вещь на момент гибели.

Таким образом, если стороны не договорились об ином, риск случайной гибели предмета лизинга несет лизингополучатель.

Лизингополучатель отвечает за любую утрату

Как видим, арендатор (а соответственно, и лизингополучатель – в случае применения к отношениям сторон по договору лизинга положений ГК об аренде) отвечает за любую утрату предмета аренды, будь то хищение, конфискация или гибель (включая случайную). Форма такой ответственности – возмещение убытков арендодателю, представляющих собой стоимость утраченного предмета аренды . Напомним, в концепции выкупного лизинга как кредита лизингополучатель продолжает уплачивать именно лизинговые платежи, но не компенсирует лизингодателю убытки.

Арендатор (лизингополучатель) отвечает за любую утрату предмета аренды, будь то хищение, конфискация или гибель (включая случайную). Форма такой ответственности – возмещение арендодателю убытков, представляющих собой стоимость утраченного предмета аренды.
В концепции выкупного лизинга как кредита лизингополучатель продолжает уплачивать лизинговые платежи, но не компенсирует лизингодателю убытки.

Принимая во внимание критически низкий уровень доктринальной проработки вопросов возмещения убытков в отечественном праве и соответствующее отношение судов к искам о возмещении убытков, положение арендодателя на случай утраты предмета аренды более уязвимо по сравнению с положением лизингодателя в аналогичных условиях, при условии восприятия правоприменительной практикой кредитной теории выкупного лизинга.

Таким образом, правовые последствия утраты предмета лизинга в зависимости от применения каждой из двух концепций лизинга (арендной или кредитной) во многом схожи, но вместе с тем имеют и принципиальное отличие: лизингополучатель, продолжая уплачивать лизинговые платежи, вносит в числе прочего и плату за предоставленное финансирование, чего не происходит при возмещении арендатором убытков арендодателя при утрате предмета аренды, когда арендодатель вправе претендовать лишь на компенсацию стоимости невозвращенного имущества.

(Окончание в следующем номере.)

3878 Shape 1 copy 6Created with Avocode.
Последнее
по теме