Защита интеллектуальной собственности: нет принципу ex officio?

Закон Республики Беларусь от 08.01.2018 № 95-З «О внесении изменений и дополнений в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях» (далее — Закон № 95-З) ограничил возможности правоохранительных органов инициировать привлечение к административной ответственности за нарушение авторского права, смежных прав и права промышленной собственности ex officio.

Обновлено
Рачковский Валентин
Рачковский Валентин

Управляющий партнер BELBRAND CONSULT, евразийский и белорусский патентный поверенный, юрист, оценщик интеллектуальной собственности

3681 Shape 1 copy 6Created with Avocode.

Нормативный акт:Закон Республики Беларусь от 08.01.2018 № 95-З «О внесении изменений и дополнений в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях»

Дата вступления в силу: 31.01.2018


Как было раньше?

Ранее обратиться за привлечением нарушителя прав интеллектуальной собственности к административной ответственности могло любое лицо, обязанности доказывать свою заинтересованность в подаче соответствующего заявления не было. Позиция правообладателя обычно выяснялась в рамках проверки административного материала, при отсутствии подтверждения согласия правообладателя на использование прав их нарушение предполагалось. Нарушение (например, использование нелицензионного софта) могло быть выявлено в рамках плановых контрольных мероприятий.  

В условиях массовости определенных видов нарушений прав (особенно это касается нарушения авторских прав) возможность правоохранительных органов действовать по принципу ex officio оказывала определенное психологическое воздействие на пользователей контрафактного интеллектуального продукта. Такое использование было особенно осложнено в уязвимом для проверок коммерческом сегменте.

Справочно.
Ex officio буквально означает «в силу занимаемой должности» (лат.), в рассматриваемой ситуации — возможность правоохранительных органов инициировать разбирательство и привлечение к ответственности нарушителя безотносительно к наличию или отсутствию факта обращения заинтересованного лица, в частности правообладателя.

Что изменится?

С 31 января именно на правообладателя по существу снова ложится инициатива и ответственность в деле привлечения правонарушителей прав интеллектуальной собственности к административной ответственности. Статья 9.21 попала в предусмотренный ст. 4.5 перечень составов КоАП, деяния по которым влекут административную ответственность лишь при наличии выраженного в установленном процессуальном порядке требования потерпевшего или его законного представителя.

Справочно.
Применительно к ст. 9.21 КоАП понятие потерпевшего не конкретизировано.

Как будут защищаться интересы правообладателя (пользователя) при исключительной лицензии?

По нарушениям в отношении неимущественных прав (право авторства и др.), которые неотчуждаемы, потерпевшим является автор или его наследник. Но в части имущественных прав существуют варианты. По умолчанию потерпевшим от нарушения исключительного (имущественного) права на объект интеллектуальной собственности является обладатель этого права — владелец зарегистрированного товарного знака, патентообладатель изобретения, промышленного образца, полезной модели, автор объекта авторского права и т.д.

Справочно.
Потерпевшим законодатель признает физическое лицо, которому административным правонарушением причинены вред жизни или здоровью либо имущественный или моральный вред, а также юридическое лицо, которому причинен имущественный вред или вред деловой репутации.

Согласно распространенному подходу к пониманию правовой природы исключительной лицензии (когда на время действия лицензионного договора исключительный пользователь фактически в отношении объема предоставленных по лицензионному договору прав замещает правообладателя) следует ожидать, что пользователи по договору исключительной лицензии также будут признаваться потерпевшими. Однако следует обратить внимание на то, что в отличие от правообладателя, права которого по умолчанию ограничены только законом, права пользователя целиком и полностью базируются на договоре, который в том числе может конкретизировать предоставленные права по определенным способам использования объекта интеллектуальной собственности, содержать любые иные ограничения. Как следствие, при признании исключительного лицензиата потерпевшим объект нарушения и совершенные в отношении его действия должны соответствовать объему прав исключительного лицензиата по договору. Например, если нарушение выражается в распространении контрафактных экземпляров, право на распространение товаров, содержащих объект интеллектуальной собственности, должно быть отражено в договоре или очевидно из него следовать.

Как защититься при неисключительной лицензии?

Менее очевидны, хотя и не исключены (например, если правоприменительная практика будет развиваться в сторону расширительного толкования понятия потерпевшего) перспективы признаваться потерпевшими у пользователей по договорам неисключительной лицензии. Правообладатель не ограничен в возможности предоставить разрешение на использование объекта интеллектуальной собственности любому иному лицу, в том числе данное согласие не обязательно будет оформлено договором. Далеко не всегда пользователь по договору неисключительной лицензии будет информирован о разрешениях, выданных правообладателем третьим лицам. Соответственно, признать, что права неисключительного пользователя нарушаются незаконным использованием объекта интеллектуальной собственности, в контексте применения ст. 9.21 КоАП можно лишь с очень существенной долей условности.

Справочно.
Природа прав пользователей зависима от содержания неисключительной лицензии, которая не предполагает эксклюзивности.

А что если правообладатель — группа лиц?

Сложнее будет с привлечением к административной ответственности за нарушение прав правообладателя, на стороне которого выступают несколько патентовладельцев либо группа соавторов, что допустимо по законодательству.

Фактически потерпевшими в подобных случаях выступают все лица соответствующей группы. Следуя норме п. 4 ст. 9 Закона Республики Беларусь от 17.05.2011 № 262-З «Об авторском праве и смежных правах» (далее — Закон № 262-З), инициировать привлечение правонарушителя к административной ответственности и соответственно выступать потерпевшим вправе самостоятельно каждый из соавторов объекта авторского права. Полагаем, что аналогично следует поступать и в иных случаях множественности лиц на стороне правообладателя, то есть инициировать привлечение к административной ответственности вправе любое из таких лиц.

Как быть с организациями по коллективному управлению авторскими правами?

Организация по коллективному управлению авторскими и (или) смежными правами (далее — ОКУ) в прямом смысле не является правообладателем и также не является уполномоченным пользователем. Основу ее правоспособности применительно к объекту исключительных прав образуют договор с правообладателем в совокупности с нормами законодательства о деятельности ОКУ. При этом ст. 49 Закона № 262-З прямо предусматривает в числе функций ОКУ совершение юридических действий, необходимых для защиты прав авторов или иных правообладателей. Наиболее очевидный ее статус в административном процессе — представитель потерпевшего.

Справочно.
Статус ОКУ в ПИКоАП отдельно не прописан, но такая организация может быть отнесена к категории иных лиц, осуществляющих представительство в случаях, установленных законодательными актами.

3681 Shape 1 copy 6Created with Avocode.
Последнее
по теме